
Вторник, 04.20
Кинкейд вернулся в свою машину, включил обогреватель и достал мобильник.
Во-первых, нужно позвонить специальному агенту портлендского отделения ФБР. Мало удовольствия в том, чтобы будить его посреди ночи, но у Кинкейда не было выбора. В багажнике брошенной машины лежала жуткая находка: фотографии расчлененного женского тела, все — со штампом «Собственность ФБР».
Он дозвонился до Джека Хьюэса с первой попытки. Тот подтвердил, что Лорейн Коннер занималась частным сыском и в прошлом работала консультантом в портлендском отделении ФБР. Насколько ему было известно, сейчас она ничем не занимается, но, возможно, Лорейн сотрудничает с кем-то еще? Хьюэс назвал имя ее партнера, попросил, чтобы его держали в курсе событий, несколько раз зевнул и вернулся в свою уютную теплую кровать.
Подобное же «везение» преследовало Кинкейда и дальше. Он дозвонился до криминалистов и рассказал о находке. Погода ужасная, слишком сыро для того, чтобы высылать эксперта. Они побеседуют, когда машину перевезут в какое-нибудь сухое безопасное место. А потом Мэри Сенейт пошла спать. То же самое Кинкейду сказали, когда он позвонил специалистам по дактилоскопии: снимать отпечатки с мокрой поверхности невозможно, так что позвоните, когда машина подсохнет, спокойной ночи.
Кинкейд сидел в полном одиночестве, продрогший до костей, и размышлял, какого дьявола он не стал бухгалтером, как его отец.
Он вышел из машины ненадолго — чтобы поговорить с Шелли Аткинс. Та уже отправила своих помощников прочесывать кусты. Плохо то, что дождь лил по-прежнему и видимость оставалась нулевой. Но с другой стороны, для ноябрьской ночи было не так уж холодно. Можно здорово замерзнуть, если промокнешь, но никакой непосредственной угрозы для жизни нет. Это в том случае, если Лорейн Коннер бродит где-то в лесу.
Что могло заставить женщину, особенно женщину, служившую в полиции, вылезти из машины в такую ночь на темной, безлюдной, унылой дороге, вдали от жилья? Кинкейд попытался ответить на этот вопрос, но все его предположения казались далекими от истины.
